Парламент продлил до 1 сентября срок завершения процесса добровольного объединения мэрий. После этой даты Правительство перейдёт к этапу нормативного объединения. В интервью IPN заместитель генерального секретаря Правительства Александру Якуб заявил, что местные органы власти, которые не завершат добровольное объединение, будут включены в обязательную реформу, а финансовые стимулы получат только те мэрии, которые выбрали добровольное объединение.

До 31 июля мэрии должны инициировать процесс добровольного объединения, а благодаря поправке, принятой Парламентом, смогут завершить его до 1 сентября. Почему возникла необходимость в этом изменении и какие проблемы оно должно решить?

Да, вокруг этой поправки возникло много общественных дискуссий, хотя по сути она носит исключительно технический характер. Правительство взяло на себя обязательство провести реформу государственного управления, включая реформу как местной, так и центральной администрации. Мы начали реформу местного государственного управления, в том числе посредством добровольных процессов объединения, с принятием Закона № 225.

Этот процесс продолжается не со вчерашнего дня, а уже несколько лет. В последнее время он, безусловно, ускорился благодаря тому, что Правительство предложило дополнительные стимулы, упростило процедуры и обеспечило более широкое информирование. Однако Правительство всегда было открытым перед гражданами как в отношении проводимых процессов, так и взятых на себя обязательств.

Мы разработали концепцию реформы местного публичного управления, которая прошла широкое общественное обсуждение. Срок 31 июля появился не сегодня и не вчера. Он всегда официально озвучивался, в том числе с трибуны Правительства. Поэтому этот срок остаётся в силе до тех пор, пока не будет принято иное решение.

К счастью, в нашей стране не только одно учреждение занимается разработкой политик. Есть также законодательный орган, который в парламентской республике является высшим органом власти и который решил, что необходимо внести больше ясности в некоторые аспекты, о которых ранее заявляло Правительство.

По сути, Правительству эта поправка не была необходима. Но если она направлена на то, чтобы внести дополнительную юридическую и техническую ясность, мы её принимаем и продолжаем действовать в соответствии с тем, что предложил Парламент. Для нас в этом нет абсолютно никакой проблемы.

Однако поправка появилась неожиданно — в законопроекте, который напрямую не касался процесса объединения. Поэтому и возник вопрос: почему и кто, собственно, инициировал эту поправку? Это было сделано по просьбе Государственной канцелярии?

Нет, это не было инициативой Государственной канцелярии. Нас полностью устраивала наша ранее озвученная позиция, поскольку мы всё же являемся Правительством, а не какой-то ненадёжной структурой. Мы публично взяли на себя определённые обязательства, и когда заявили с трибуны о сроке 31 июля, то объявили именно тот технический срок, который был предусмотрен процедурой добровольного объединения.

Вместе с тем в предложении Парламента есть определённая логика, и мы считаем её оправданной. Почему? Потому что было бы странно, если бы в тот момент, когда мы уже обсуждаем процесс обязательного объединения и соответствующий пакет законопроектов находится в Парламенте, вдруг появилась новая инициатива о добровольном объединении, которая фактически потребовала бы пересмотра уже подготовленной карты объединённых административных единиц.

Поэтому мы приветствуем эту поправку и не видим в ней проблемы. Что касается того, каким образом она была внесена, этот вопрос следует адресовать Парламенту.

Теперь, чтобы было совершенно ясно: речь идёт о решениях о начале процесса или об окончательных решениях до 31 июля? Чтобы мэры также понимали конкретно, что они должны сделать до 31 июля и что уже не смогут сделать после этой даты.

Мы заявляли, что процесс добровольного объединения завершается. Добровольное объединение предполагает как начало процедуры, так и принятие окончательных решений. Учитывая наличие этой поправки, которая предоставляет возможность некоторым мэриям, всё ещё находящимся на этапе инициирования процесса, завершить его, мы считаем это полезным.

Даже вчера у нас были ситуации, когда территориальные управления сообщали, что в одном из сёл не удалось собрать кворум, потому что один советник находится на море, а другой не смог прийти.

Поэтому, возможно, действительно хорошо, что этот период продлевается ещё на месяц, чтобы некоторые советы, которые уже начали процесс, смогли довести его до конца путём принятия окончательных решений, и чтобы мы могли сформировать административную карту наиболее оптимальным образом.

Что произойдёт после 1 сентября?

Мы всегда заявляли, в том числе через генерального секретаря, что 31 июля мы подводим черту и представляем предложения по объединению.

Это означает, что с учётом этой поправки черту мы подведём уже в сентябре. Но, предполагаю, к этому моменту она будет подведена на основе концепции и структуры, которые у нас уже подготовлены для представления Парламенту.

Как далее будет проходить нормативное объединение? Как будет организован этот процесс? И существует ли уже карта нормативного объединения?

Пока мы окончательно не подведём черту, нельзя сказать, что у нас уже есть сформированная карта нормативного объединения. Мы хотим увидеть все окончательные решения, чтобы сделать общий вывод. Но нормативное объединение будет достаточно техническим процессом.

После истечения установленных сроков, соответственно 31 июля, все мэрии будут уведомлены: вы смогли завершить процесс добровольного объединения или не смогли. Те, кто не завершил процесс, получат уведомление о включении в процедуру нормативного объединения. Соответственно, эти органы власти должны будут назначить человека, который будет сотрудничать с Государственной канцелярией в процессе нормативного объединения.

Нормативное объединение будет достаточно математическим процессом, основанным на экономических, территориальных и других факторах. Фактически это те же критерии, которые уже были предоставлены органам власти в рамках добровольного объединения в качестве ориентировочного инструмента.

У нас есть «амальгаматор». Если зайти на primariiputernice.gov.md, там существует этот цифровой инструмент, который рассчитывает экономический потенциал, способность предоставлять услуги и, в определённой степени, силу мэрии, чтобы мы могли определить, с кем и в каком направлении двигаться.

Мы видели разные позиции. Оппозиция говорит, что реформа проводится слишком быстро. Кроме того, CALM, говоря о сроке 31 июля, отмечал, что эта дата нигде не закреплена в законе и является фактически видением Правительства, которое решило установить такой срок. Как вы комментируете эти дискуссии?

К сожалению, история, которую начал CALM, является очень печальным аспектом. Мы очень рассчитывали на поддержку CALM и на то, что они будут работать вместе с Правительством, помогая нам, в том числе, объяснять гражданам суть реформы и процесса добровольного объединения, рассказывать о преимуществах. Но, возможно, некоторые вещи были слишком политизированы, и поэтому не удалось достичь такой сплочённости и эффективного сотрудничества, как мы хотели.

Мы надеемся, что наши отношения не ухудшатся окончательно и что мы продолжим сотрудничество, поскольку оно всегда существовало. Но совершенно ясно одно: эту реформу нельзя откладывать так, как этого хотят некоторые структуры. Сейчас подходящий момент для её проведения.

У нас есть этот год передышки перед выборами. Это единственный период за последние годы, когда у нас нет избирательных кампаний. Кроме того, мы находимся в процессе вступления в Европейский союз, где можем показать конкретные шаги и реформы, которые проводим сейчас, чтобы продемонстрировать готовность идти в ЕС с укреплёнными органами управления.

Практически все условия сложились в пользу того, чтобы начать этот процесс именно сейчас. И, что наиболее важно, есть та политическая воля, которой, по сути, не было 20-30 лет на уровне Правительства, чтобы запустить этот процесс и взять на себя необходимые политические риски.

Наше желание заключается в том, чтобы была ясность, был консенсус и чтобы распространялось как можно меньше ложной информации, потому что у Правительства нет никакой скрытой повестки в этом вопросе. Есть только желание сделать лучше для граждан. А когда говорят, что эта дата должна быть обязательно записана в законе или официальном документе, это снова является ложным утверждением. Правительство не обязано фиксировать в документах каждый срок, который оно устанавливает для определённых процессов.

Мы не будем этого делать, потому что, следуя такой логике, пришлось бы также прописывать, во сколько мы ложимся спать и во сколько просыпаемся.

Хорошо, но Парламент определил срок, закреплённый в законе.

Для того чтобы внести определенную ясность в процессы, которые были бы для них более удобными, депутаты выдвинули эту инициативу в законодательном органе в контексте продвижения пакета законопроектов. Без этой поправки возникло бы больше неудобств, скажем так, для законодательного органа в процессе рассмотрения пакета законодательных актов. Вот почему депутаты выступили с этой инициативой.

Для Правительства это не является проблемой, но для того, чтобы законодательный орган мог организовать процесс в определенном комфорте, в том числе и с юридической точки зрения, я считаю, что эта поправка необходима. Что является положительным моментом — мы не говорим, что это плохо.

Если какое-либо сообщество не хочет быть объединённым, сможет ли оно отказаться на этапе нормативного объединения, или решение будет принадлежать исключительно центральным властям? Как будет соблюдаться принцип местной автономии?

На протяжении всего процесса консультаций с гражданами и местными властями, пока существовала чёткая и открытая коммуникация со стороны властей и всех заинтересованных сторон, когда гражданам объяснялись преимущества добровольного объединения и реформы, никто никогда не говорил «нет».

Потому что любой гражданин Республики Молдова является рациональным человеком, и если ему правильно объяснить ситуацию, если он получает достоверную информацию и не подвергается дезинформации с заявлениями вроде «сёла будут закрыты» и тому подобными, то любой гражданин скажет: «Да, это нужно сделать, давайте двигаться вперёд».

Потому что предлагаются не только заявления и обещания, но и конкретные альтернативы. Речь идёт о создании объединённых центров предоставления услуг, в которых будет расширен не только перечень уже существующих услуг, но и местные услуги. Будет представитель мэра, в инфраструктуру вкладываются значительные средства, первые 10 миллионов леев стимулирующего финансирования уже были выделены Правительством, а затем последует второй этап поддержки, который будет финансироваться в том числе через План роста, и так далее.

То есть это не просто пустые слова, а конкретные действия, направленные на максимальное укрепление этих населённых пунктов. Когда гражданину объясняют, что всё делается в интересах его населённого пункта, он это понимает и поддерживает процесс. Если же гражданин получает дезинформацию, тогда это уже больше политическая проблема, и это, повторюсь, к сожалению, довольно печально. Но с дезинформацией необходимо работать.

Сколько решений принято на сегодняшний день?

Если я не ошибаюсь, решений о начале процесса — 774 из 892 мэрий. На самом деле их было больше, но многие решения были отменены, отозваны или отклонены и так далее. Я говорю именно о решениях о начале процесса. Сейчас в работе находятся около 770 таких решений.

Что касается окончательных решений, на сегодняшний день их почти 400. Эти решения уже прошли весь процесс: рабочие группы собрались, обсудили и определили план действий на следующие пять лет — что будет сделано и что будет развиваться в населённых пунктах X, Y или Z.

Поэтому мы не можем сказать, что эта реформа провалилась, что она неправильная или что её нужно сейчас отложить только потому, что кто-то не хочет её проводить или хочет чего-то другого. Уже около 400 мэрий находятся на заключительном этапе процесса.

И если срок будет продлён, как этого хотел законодательный орган, предполагаю, что таких мэрий станет ещё больше. Таким образом, мы сможем достичь поставленной цели — примерно 70–85% мэрий.

Эти стимулирующие выплаты будут предоставлены всем, кто решит принять участие в добровольном объединении?

Стимулирующие выплаты будут предоставляться только тем, кто участвовал в процессе добровольного объединения. То есть те, кто не захотел идти по пути добровольного объединения и выбрал вариант нормативного объединения, естественно, не получат никаких стимулов.

Есть ли уже какая-то сумма, сколько денег было выделено мэриям в рамках этого процесса?

Сейчас мы находимся на этапе предоставления только первого стимула — за начало процесса. Лично я являюсь председателем комиссии, которая оценивает все решения о начале процесса, решения советов, протоколы рабочих групп и представленные предложения.

На данный момент мы уже выделили мэриям более 10 миллионов леев для первого этапа, то есть для первого стимулирующего пакета. И каждый день поступает всё больше заявок.

Во сколько нам в целом обойдется эта реформа?

Первоначальная оценка была сделана для сценария, при котором добровольное объединение должно было быть реализовано на 100%, и на это было предусмотрено около 6,5 миллиарда леев. Если нам не удастся убедить всех, то сумма, естественно, будет немного меньше — примерно 4,5–5 миллиардов леев.

Откуда будут взяты эти деньги?

Эти средства предусмотрены в Плане роста — для развития административной системы и реализации реформы. Это деньги, которые были запланированы заранее. Разумеется, они будут утверждены вместе с пакетом законопроектов.

Значит, мы уверены в том, что у нас есть необходимые финансовые ресурсы.

Каждый раз мне хочется затронуть вопрос, который поднимается постоянно: что у Правительства нет денег, что Правительство не выделило средств. Ну разве можно заморозить в бюджете в начале года 6,5 миллиарда леев и никуда их не направить только для того, чтобы успокоить общественное мнение?

Мне нужна определённость. Сколько мэрий будут иметь право на получение средств? Так работает бюджетно-фискальный принцип. Нельзя просто держать деньги замороженными где-то только для того, чтобы кого-то успокоить. Средства выделяются тогда, когда есть прогнозируемость их бюджетного исполнения. В данном случае, когда мы знаем количество мэрий, имеющих право на этот стимул, тогда мы выделяем соответствующую сумму и предусматриваем её в бюджете.

В этом году мы выделили средства для первого стимула, исходя из сценария, что добровольное объединение будет реализовано на 100%.

Было выделено 170 миллионов леев. Я могу открыть вам Закон о бюджете — эти средства предусмотрены в бюджете Государственной канцелярии. А тот факт, что сейчас, к сожалению, при корректировке бюджета часть этих денег возвращается в государственный бюджет, объясняется тем, что они не были использованы в запланированном объёме.

Что всё-таки будет с районами? В начале реформы говорилось, что этот вопрос будет пересмотрен. Пока мы не знаем, что произойдёт.

Я бы и сам хотел знать, что произойдёт. Пока мы не подведём окончательную черту, нельзя сказать, каким будет результат. Думаю, результат может стать сюрпризом, потому что первоначально планировалось одно количество районов, сейчас обсуждается другое, и не исключено, что в итоге получится совсем другое число.

Но, безусловно, необходимо максимально сократить количество органов власти второго уровня, сосредоточив их больше на стратегических целях и на роли поддержки для новых административно-территориальных единиц, которые будут сформированы в рамках реформы.

Тем не менее, как они рассматриваются? Хорошо, возможно, вы пока не можете назвать количество и, возможно, сейчас точно не знаете, каким оно будет, но как они будут работать? Я предполагаю, что эти аспекты уже должны быть в определённой степени сформированы. Я имею в виду функциональность этих структур. Каковы будут обязанности этих районных советов? Будут ли они существовать или их больше не будет?

Я думаю, что в ближайшее время по этому поводу будет сделано заявление. Не мне его делать — оно должно исходить из другого источника, и, безусловно, это внесёт ясность. Думаю, что в самое ближайшее время мы получим разъяснение и по вопросу второго уровня управления.

На самом деле я не совсем понимаю, почему мы так сильно сосредоточены на вопросе второго уровня, поскольку он, в некотором смысле, уже исчерпал свою необходимость. Раньше второй уровень имел определённое значение, поскольку отвечал за распределение многих услуг: социальную помощь, образование, сельское хозяйство, медицину и так далее. Однако большинство этих услуг уже были централизованы, последний пример — сфера образования.

Возможно, отсюда и возникает этот вопрос, потому что там всё ещё работают люди, которые получают зарплаты.

Нам нужен каждый человек и каждый гражданин, и мы хотели бы, чтобы каждый специалист смог найти своё место в дальнейшей деятельности. Мы не можем просто разбрасываться специалистами направо и налево.

Но что касается целесообразности существования районных советов, действительно возникает вопрос: как направить деятельность этих советов так, чтобы она была немного другой или даже полностью иной — ориентированной на благо гражданина? Возможно, это должен быть менее политизированный и больше стратегический и инвестиционный орган.

Господин Якуб, большое спасибо за эту беседу!

Искренне благодарю!

Ирина Боцу, IPN

Disclaimer: Данный материал подготовлен информационным агентством IPN в рамках проекта «Реформа местного публичного управления в диалоге», финансируемого Министерством культуры из Фонда субсидирования СМИ.