Единообразное применение избирательного законодательства в Гагаузии это закономерный и необходимый шаг, позволяющий исключить существование параллельных правил в избирательном процессе. Об этом заявила председатель Центральной избирательной комиссии Анжелика Караман. Она отмечает, что, хотя вначале были опасения относительно принятия новых положений, они не оправдались, и в борьбу за пост башкана вступили восемь кандидатов. В интервью IPN глава ЦИК также рассказала о рисках дезинформации и проблемах мониторинга избирательной кампании в онлайн-пространстве.

Госпожа Караман, через несколько дней в Гагаузии состоятся выборы башкана и депутатов Народного собрания, которые впервые организуются на основании национального избирательного законодательства. Выборы проходят на фоне напряжённости между властями в Кишинёве и Комрате по поводу применения новых правил. С какими основными трудностями столкнулась ЦИК при организации этих выборов?

Нужно сказать, что эти выборы, как вы совершенно верно отметили, проходят в соответствии с положениями Избирательного кодекса, который будет единообразно применяться на всей территории Республики Молдова, в том числе на выборах депутатов Народного собрания и на выборах на должность башкана.

Важно подчеркнуть, что это, по сути, закономерный процесс. Недопустимо наличие параллельных правил или ситуаций, которые регулируются по-разному, как это происходило в прошлом. И все осознали, что необходимо иметь чёткое законодательство, применимое к любому типу выборов.

Именно в такой ситуации мы сейчас и находимся. Хочу сказать, что вначале, возможно, и у нас были определённые опасения относительно того, как к этому отнесутся граждане, избиратели Гагаузии, но могу отметить, что эти опасения не оправдались. На первом этапе мы провели встречи и консультации, в том числе по отдельным вопросам, связанным с особенностями региона, с представителями Народного собрания, местных органов власти и политическими лидерами. Мы обсудили те аспекты, которые должны быть учтены с учётом местной специфики, и процесс начался. Если вы помните, изначально обсуждалась возможность бойкота этих выборов путём отказа от регистрации кандидатов.

Этот этап удалось преодолеть. У нас зарегистрированы восемь кандидатов на должность башкана Гагаузии и 132 кандидата в 35 избирательных округах на выборах в Народное собрание. Таким образом, процесс проходит естественным образом и организуется, как я уже отметила, в соответствии с национальным законодательством.

Обязательное знание румынского языка кандидатами на должность башкана стало одним из наиболее обсуждаемых положений. Как на практике проверялось выполнение этого требования? Поступали ли официальные жалобы или возникали ли вопросы в ходе оценки кандидатов? Можете ли вы гарантировать, что эта процедура не применялась избирательно?

Прежде чем ответить на ваш вопрос, важно отметить, что в Гагаузии существует центральный избирательный орган автономного территориального образования, а именно Центральный избирательный совет. Именно этот орган зарегистрировал кандидатов на должность башкана и организовал процедуры, в том числе проверку знания гагаузского и румынского языков.

Когда мы обсуждали с нашими коллегами, как действовать и как впервые применить этот механизм, мы взяли за основу механизм, используемый нами в Центральной избирательной комиссии при проверке знания румынского языка кандидатами на должность президента Республики Молдова.

Так, проверка осуществлялась посредством общения с членами избирательного органа и предложения заполнить декларацию, которая входит в обязательный пакет документов. Именно таким способом проверялось знание румынского языка у тех, кто претендует на должность башкана.

15 ноября избиратели будут одновременно выбирать башкана и Народное собрание на 67 избирательных участках. Какие конкретные риски выявила ЦИК на день голосования? Предусмотрен ли механизм реагирования на случай возникновения инцидентов, оспаривания процедур или отказа некоторых местных субъектов сотрудничать с избирательными органами?

Оценка рисков и управление ими, можно сказать, уже являются частью нашей повседневной деятельности. Я имею в виду подготовку к этим выборам. Вместе с коллегами из местных избирательных органов мы провели в Гагаузии ряд обучающих мероприятий как для сотрудников избирательных органов, так и для казначеев, представителей полиции и даже кандидатов, для которых были организованы специальные информационные сессии.

Одно из проведённых нами мероприятий во всех трёх округах было посвящено окружным избирательным советам в Комрате, Чадыр-Лунге и Вулкэнешть.

Мы организовали специальные сессии, включающие упражнения по оценке рисков, уделив основное внимание тому, как следует действовать нестандартных или необычных ситуациях. Мы проанализировали как логистические и операционные риски — не работает оборудование, отсутствует подключение к интернету, возникает ситуация, требующая нашего вмешательства в связи с электроснабжением, то есть кому мы звоним и к кому обращаемся, — так и информативные риски, и риски, связанные с кибербезопасностью.

И здесь мы чётко разграничили роли, чтобы каждый из участников знал, как ему следует действовать.

К слову о кибербезопасности: недавно произошел серьёзный инцидент, который привлёк внимание общественности. В связи с этим, какие гарантии существуют для обеспечения безопасности голосования и избирательного процесса в целом?

Мы провели тестирование систем, которые будут использоваться в день выборов, но здесь необходимо провести разграничение: каковы полномочия Центральной избирательной комиссии в обеспечении безопасности информационной системы, каковы полномочия органов, которые оказывают помощь, и какие действия относятся к компетенции избирательных органов.

Мы смоделировали такие ситуации. Вопросы безопасности системы входят в компетенцию Управления информационных технологий Центральной избирательной комиссии, которому оказывают содействие коллеги из Службы информационных технологий и кибербезопасности.

Что касается действий наших коллег на местах, в случае отсутствия подключения к интернету мы следуем установленным протоколам: фиксируем данные на бумажных носителях, а после восстановления интернет-соединения эти данные вносятся в систему, что позволяет исключить возможность повторного голосования.

А как насчет публикации результатов — кто отвечает за соответствующую платформу?

Вероятно, вы имеете в виду веб-страницу, на которой отображаются результаты выборов. Это, кстати, самая защищённая часть всего процесса, потому что, если вы помните, в 2025 году мы уже сталкивались с вредоносными, было зафиксировано более 900 миллионов DDoS-запросов.

Мы убедились в том, что все обязательные проверки были выполнены, а за безопасность отвечает Центральная избирательная комиссия через наше специализированное управление и коллег из Службы информационных технологий и кибербезопасности.

Как обстоят дела с онлайн-пространством на этих выборах? Ведётся ли мониторинг деятельности кандидатов? Как осуществляется их продвижение в интернете, как производятся платежи и какой контент публикуется? Мы видим, что в последнее время онлайн-пространство стало очень активным.

Да, мы тоже за этим следим, поскольку политические дебаты уже переместились в интернет-пространство, а задача Центральной избирательной комиссии и наших коллег на местах — обеспечить прозрачность финансирования избирательной кампании. Таким образом, мы должны отслеживать эти отчёты и проверять, отражены ли в них все цифры и расходы. Здесь снова необходимо говорить об особенностях процесса.

Отчёты подаются в Центральную избирательную комиссию политическими партиями, кандидаты от которых зарегистрированы на выборах. Они подаются непосредственно в Центральную избирательную комиссию, и ответственность за них несём мы. Что касается отчётов независимых кандидатов, они подаются в окружные избирательные советы на местах — в три совета первого уровня и в Центральный избирательный совет Гагаузии.

Здесь я возвращаюсь к тем обучающим мероприятиям, которые мы проводили с нашими коллегами, чтобы они могли использовать имеющиеся в нашем распоряжении инструменты для мониторинга кампаний с точки зрения точности отчётности о расходах на рекламу, которую участники избирательного процесса и кандидаты размещают в интернете.

У нас есть система, которая помогает непосредственно отслеживать страницы, с которых ведётся предвыборная кампания, и соответствующие аккаунты. Есть и другая система, с помощью которой мы собираем информацию о действиях кандидатов на местах. Впоследствии на основании этой информации мы можем проводить сравнение между тем, что декларируют кандидаты, и тем, что фактически наблюдаем на местах.

Мы также организовали обучение коллег как по сбору информации, так и по проверке библиотек, где содержатся соответствующие данные. Действительно, существуют определённые тенденции, за которыми мы следим, и по некоторым из них Центральная избирательная комиссия уже высказалась в своём последнем постановлении, касающемся аккаунтов одного из кандидатов.

То есть, как мы понимаем, в некоторых случаях были выявлены несоответствия?

Что касается прозрачности расходов, здесь ситуация обстоит лучше. Мы отслеживаем то, что было задекларировано, и то, что наблюдаем в библиотеках интернет-пространства. Более тревожной является ситуация с аккаунтами, которые размещают рекламу в поддержку одного кандидата или, наоборот, против других кандидатов, но при этом не признаются, скажем так, участниками избирательного процесса.

В ходе мониторинга этой кампании мы выявили 30 таких аккаунтов. После того как информация появилась в публичном пространстве и мы вынесли соответствующее предупреждающее постановление, их количество сократилось.

Положительным моментом является то, что мы пришли к выводу, который, собственно, уже давно озвучиваем: было бы правильно установить правила, согласно которым кандидаты должны декларировать аккаунты, с которых они ведут свою кампанию, чтобы не оказаться в ситуации, когда третьи лица, не признанные кандидатами, проводят кампании в их поддержку. Кроме того, речь идёт о кампаниях, оплачиваемых кем-то в интересах другого лица. Именно здесь ситуация более чувствительная, и мы пришли к таким выводам.

Ведётся ли в этом отношении какое-либо сотрудничество с социальными сетями?

У нас налажено определённое сотрудничество с представителями платформ. С одними сотрудничество более успешное, с другими оно проходит сложнее, но оно существует. Мы даже организовали специальные обучающие мероприятия для участников избирательного процесса, чтобы они могли отслеживать рекламу и знали, где находить информацию о том, как отражаются расходы, с целью обеспечения точности отчётности.

В том числе, если участники избирательного процесса обнаруживают страницы, которые размещают рекламу в их поддержку, но которую они не заказывали, они могут сообщить об этих страницах, чтобы такая деятельность, фактически не признаваемая участником избирательного процесса, была прекращена. И здесь мы снова возвращаемся к вопросу о необходимости правил для проведения предвыборной агитации в онлайн-пространстве.

Именно так, как я уже сказала. Тем более что, как я упоминала и в студии, существуют определённые требования, которые все мы должны соблюдать. В том же ключе должны быть установлены правила, регулирующие предвыборную агитацию в интернете.

Республика Молдова сталкивалась со сложными схемами электоральной коррупции, в том числе с переводами денег и цифровыми сетями. Что конкретно может сделать ЦИК для предотвращения подкупа избирателей в Гагаузии и где заканчиваются полномочия Комиссии и начинается ответственность правоохранительных органов? Вы уже выявили специфические риски этих выборов?

Нам необходимо сосредоточиться на информировании. Нужно разъяснять избирателям возможные последствия и внимательно следить за действиями участников избирательного процесса или лиц, которые помогают им проводить кампанию, но основной акцент необходимо делать на информировании. Потому что, когда у нас будет сформировано гражданское осознание того, что голос не продаётся, что выбор должен быть свободным и что голосовать нельзя из чувства обязательства перед кем-то или в обмен на что-либо, тогда, я считаю, мы добьёмся успеха в борьбе с этим нежелательным явлением на выборах — электоральной коррупцией.

Вы спросили меня о тех рисках, которые мы оценивали. Мы обсуждали в том числе порядок документирования подобных ситуаций и последствия для участников выборов, допускающих такие нарушения. Таким образом, эта тема также входила в число вопросов, которые мы рассматривали в рамках обсуждения рисков.

Вы упомянули информирование, но последний опрос, который я видела по Гагаузии, показывал, что значительная часть граждан получает информацию либо из российских интернет-порталов, либо непосредственно из СМИ Российской Федерации. Как сделать, чтобы информация отсюда, из Кишинёва, доходила до них?

Совершенно верно, мы приняли во внимание эту статистику об источниках информации, в том числе тот факт, что активная часть населения использует для получения новостей TikTok. Поэтому важно присутствовать там, где граждане получают информацию, и предоставлять им достоверные сведения из надёжных источников.

И здесь я снова возвращаюсь к важности гражданского просвещения и информирования избирателей об источниках, из которых они получают информацию, чтобы при столкновении с дезинформацией или ложными сведениями они знали, как проверить их и как распознать. Повторю: необходимо получать информацию из первоисточника, из надёжного источника.

Мне доводилось слышать заявления некоторых кандидатов о том, что избирательный орган оказывает на них давление, полиция оказывает на них давление. Как вы прокомментируете эти обвинения?

Знаете, это политические заявления, которые я предпочла бы не комментировать. Когда мы представляем те или иные выводы, они подкреплены фактами, изложены и описаны в решениях, принятых Центральной избирательной комиссией или нижестоящими избирательными органами. Что особенно важно, заинтересованные лица имеют право оспорить эти выводы и добиться защиты своих прав в судебном порядке.

Срок полномочий нынешнего состава ЦИК истёк 16 сентября 2026 года, а исполнение обязанностей было продлено, чтобы обеспечить проведение выборов этой осенью. Срок продления истекает в середине декабря. Существуют ли уже конкретные сроки назначения новых членов?

Думаю, на этот вопрос должны ответить субъекты, которые непосредственно участвуют в выдвижении новых членов. Но вы правильно отметили, что истечение срока полномочий не означает прекращения исполнения обязанностей. В статье 17 (пункт 6) Избирательного кодекса — а именно в той его редакции, которая вступила в силу 1 января 2022 года — содержится соответствующее положение. Оно действует и по сей день: если срок полномочий истекает в период избирательной кампании, исполнение обязанностей продолжается.

Таким образом, не позднее 15 декабря новые члены уже должны быть назначены или должен быть определён новый состав Центральной избирательной комиссии, который будет сформирован по новой формуле. Напоминаю, что в новом Избирательном кодексе предусмотрены другие субъекты, уполномоченные назначать членов комиссии. Полномочия относятся к конкретному лицу, а не к избирательному органу. Таким образом, существуют определённые изменения, касающиеся субъектов, имеющих право назначать членов Центральной избирательной комиссии.

Вы возглавляете ЦИК с сентября 2021 года. За эти пять лет вы организовывали парламентские и президентские выборы, референдумы, преодолевали кризисы безопасности, а также вносились изменения в избирательное законодательство. Если бы вам сегодня пришлось подвести итоги, что вы считаете самым большим провалом, а что — самым большим достижением ведомства за этот период?

Оценку должны давать нам граждане, но я хочу выделить два момента. Прежде всего, не следует забывать, что это результат командной работы. За всем этим всегда стоят люди, вместе с которыми, плечом к плечу, изо дня в день мы выполняем свои обязанности.

Я имею в виду членов Центральной избирательной комиссии и наших коллег из аппарата Комиссии. Это командная работа. И нужно сказать, что за эти годы мы, прежде всего, прошли через реформирование Избирательного кодекса.

Были пересмотрены определённые положения, касающиеся процедур, некоторые из них были полностью переосмыслены, в том числе положения, касающиеся состава Центральной избирательной комиссии. На нас были возложены новые полномочия или, точнее говоря, предусмотрены определённые обязанности. Например, полномочия по контролю и надзору за финансированием политических партий, при этом в Центральной избирательной комиссии даже не было отдельного управления или институциональной структуры для выполнения этих функций.

Нам потребовалось некоторое время, чтобы разработать изменения в организационной структуре. Кроме того, мы обеспечили постоянный характер работы Центральной избирательной комиссии за счёт представителей на местах. Аналогичным образом, уже очень давно обсуждались положительные аспекты такой структуры, ведь в ней работают подготовленные специалисты, в том числе на местах, и хорошо известно, что от качества подготовки людей напрямую зависит качество избирательного процесса.

По сути, всё сводится к людям и их профессиональной подготовке. К тому же, как бы добросовестно мы ни выполняли свою работу, в ходе избирательной борьбы всегда найдутся те, кто захочет обвинить арбитра. Мы уже привыкли к этой ситуации. Поэтому, несмотря на все нападки, которые были, есть и, думаю, ещё будут, мы продолжаем добросовестно выполнять свою работу, делая всё возможное, чтобы граждане доверяли избирательному процессу.

Потому что, в конечном счёте, это самое главное. И мы должны находить общие точки соприкосновения со всеми участниками выборов, чтобы каждый понимал: у всех нас есть не только права, но и обязанности.

Большое спасибо за эту беседу.

И вам спасибо.

Ирина Боцу, IPN